Как я люблю море... С раннего детства. Милая мама каждый год с двух лет вывозила меня к Черному морю. Потом я подросла и стала ездить уже сама. Часто ездила в Барзовку. Она находится на Азовском море, но это тоже море, а значит и счастье. Эта вода лечит, эти волны нежат, баюкают, снимают тяжести душевные, врачуют сердечные раны... Этот воздух пьянит, как вино и кружит голову. Синее небо над морем особенно глубоко и пронзительно. Самые мои любимые мгновения наступают тогда, когда небо смыкается с морем и границы стихий не видно совсем. Тогда маленькие далекие кораблики парят в пустоте. Море, небо, песок, камешки и ракушки под ногами... Все это вечность. Насколько суетной и бренной кажется наша жизнь...

Иногда мне хочется бросить все и переехать жить к морю. Хотя бы когда-нибудь...



Вы наблюдали за мной в лорнет.
Вы горя ждали, а горя нет.
Не будет горя - одна любовь.
Все ближе море, все чище кровь.

Кому известно, как я жила?
Как было тесно мне у стола
Локтём касаться чужих оков.
Пора спасаться от пустяков.

Я увернулась. Гуляй толпа!
Родная дурость, как скорлупа,
Сошла навеки с ядра души.
Сомкнулись реки. Пора спешить.

Нырну под небо. Шагну в волну.
Мне музы Феба меня вернут.
Чем выше волны, тем слаще сны,
Тем глуше стоны из глубины.

Мне море, пенясь, ровняет брег.
О, птица Феникс, каков разбег!
Чтоб я взлетела сквозь мрак утрат
И вновь запела, что всяк мне брат...

Любовь Захарченко 2003 год

Судьба или характер?

В магазине много колбасы,
Но одни холодные весы.
Я стоять могу здесь два часа,
Наблюдая, что за колбаса...
Не могу я выбрать все равно
На витрине что-нибудь одно.
Продавщица смотрит - я стою.
Выбираю, как судьбу свою.
Ухожу без сверточка в руках -
Я еще не выбрала пока...

(С) Любовь Захарченко

P.S. Продолжаю выполнять обещание, данное мной (brutoli). Это стихотворение не только не публиковалось и не выкладывалось в сети. Оно вообще из тетрадки не вылазило. Я его даже на концертах не читала.

P.S. За картину спасибо сервису: http://interweb.spb.ru/present/

Женские страсти бесконечны. Женщина - существо бестолковое, непредсказуемое, нелогичное и трудно
выносимое. Это мне говорят неподкупные свидетельства истории, мои жизненные наблюдения и мой собственный характер. Но толковые, предсказуемые и логичные выносимы еще меньше. Почему-то...

За годы у меня накопилось довольно много женских портретов. У них разные характеры, возраст, судьбы, проблемы, радости и отношение к миру, но все они для меня живые. Все любимые. За годы их накопилось столько, что хватит не на один песенный спектакль. Один такой спектакль уже шел среди черырех прочих в малом зале в Театре содружества актеров Таганки. Назывался он: "Чья там девочка была?"

Вчера я выложила один из самых своих любимых стихов из этого спектакля, которое называется: "ЗАГС или Чужие праздники": http://naoblake.livejournal.com/131262.html и судя по очень грустной реакции друзей я поняла, что меня опять спутали с моей лирической героиней и начали успокаивать. Я сама виновата.

Все время забываю напоминать. Я часто пишу от лица разных лирических героев и героинь. Иногда даже стихи и песни о разных веках. Таких песен-монологов и стихов написано гораздо более сотни ( и около двухсот написано от первого лица). Не буду придуряться - в каждом герое или героине есть и я тоже. Но только весьма и весьма частично. Вчера я ошиблась. Не написала, что это стихи из спектакля. Прошу прощения. В жизни у меня трое детей и я хронически замужем десять и десять лет и оба раза счастливо. Просто мне небезразличны чужие судьбы и даже в своей довольно-таки улаженной судьбе переживаю разные эмоции: какие - год, какие - день, какие минуту, но очень остро... Часто я очень больно и остро переживаю чужие беды, но тут уж ничего не исправить. Кстати, первый раз замуж я вышла довольно поздно, в двадцать шесть лет и тоска одиночества и неимение возможности иметь семью и детей, о которых я мечтала с детства, мне тоже знакомы.




Фильмы ужасов, муж и телевизор

Есть многое, Горацио, на свете,
Что хорошо на видеокасете,
Чего не стоит видеть изнутри -
Поставь, когда захочешь, и смотри.

Она ведёт себя настолько кротко,
Как-будто ты волшебник или маг:
Отвлёкся - существует перемотка,
Расстроился - корзина для бумаг.

Согреешься женой и чашкой чая,
А повезёт - подружкой и вином,
Лежишь себе, а триллер облегчает
Вам примириться с жизнью за окном.

Полезны фильмы ужасов на ужин!
Посмотришь, как вампир кровищу пьёт...
Оглянешься на собственного мужа...
И думаешь: "Пускай себе живёт..."

(с) Любовь Захарченко (Из песенного спектакля "Чья там девочка была?")

Стихотворный размер или Путь

Пиши хоть лесенкой, хоть в столбик,
Ломай, прессуй строптивость строчек,
Но помни, что стихи - не подвиг,
А наслажденье одиночек.

Как восхитительно и сладко
Идти вдоль мысли, как вдоль моря,
Смотря на солнце лишь украдкой,
Волне шумливой рифмой вторя.

Как странно не попасть к причалу,
Бредя всю жизнь вдоль кромки брега.
Живи, доверившись началу,
Не прерывая строчек бега...

(с)Любовь Захарченко

Вчера на теме "Страшная сказка про невинную девицу Марусю, большого поэта и родную рефлексию" http://naoblake.livejournal.com/129175.html?nc=68 (большое спасибо всем вам за ваши комментарии и участие в суточной дискуссии) я пообещала многоуважаемому мной (brutoli) попытаться перебороть свои разнообразные драгоценные комплексы, чтобы выкладывать и те стихи, которые лежат тут у меня в рукописях и я их не выкладываю в сеть или не читаю на концертах по определенным причинам. Начинаю выполнять обещание:
( Собственно говоря: )

1

За незримою стеной
Пребывает мир иной.
Не ходи туда, Маруся,
Дядя там живет больной.

Впрочем, вряд ли он живет.
Он себя там познает...
А для этого, Маруся,
Он чужие слезки пьет.

Там ни света, ни воды -
Лишь галерные труды.
Он в глубинах подсознанья
Роет черные ходы.

Там же все наоборот -
Шиворот-навыворо'т.
Дядя в собственные страхи
Погружается, как крот.

Кроме прочего вреда
Нет оттуда выхода'.
Нет там солнышка, Маруся!
Нету! Раз и навсегда!

Ты - сама-то посуди -
Не Дюймовочка-поди.
Не безумная Алиса...
За черту не заходи!

Мир прекрасный и большой.
Дядя страшный и чужой.
В том пространстве зазеркальном
Станешь, Машенька, левшой!

2

Ты заплачешь - он в ответ
Скажет: "Маша! Я поэт!
Сядь. В ногах твоих прекрасных,
Как известно правды нет!

Ну, а главная беда...
Жду я вечности суда,
А до этого, Маруся,
Мне безумно некогда'.

Я навеки одинок.
Надо мной тяжелый рок.
Но тебе за состраданье
Напишу стихов венок".

Ты его, моя краса,
Сразу бросишься спасать
Ото всех его печалей,
Что успел он описать.

Маша! Дядю не спасти.
И на свет не вывести'.
Убегай, пока живая
И болезного прости.

3

Посмотри на облака!
Проведи рукой слегка
По колючке придорожной...
Это все не на века!

Речка быстрая течет.
Солнце реченьку печет.
Ты не пар над этой речкой.
Это надо брать в расчет.

Так что, Машенька, спеши.
Глубже, душенька, дыши!
Мажь царапины зеленкой
Для прозрения души.

Позабудь про тяжкий рок,
В речку брось стихов венок.
Пусть плывет литература
От твоих волшебных ног.

(c)Любовь Захарченко

P.S. За открытку спасибо сервису: http://interweb.spb.ru/present/

Жизнь состоит из заблуждений -
В друг друге и в самом себе.
Закон для всех предубеждений -
Погибнуть в призрачной борьбе.

Плутая в каждом человеке,
Я выходила из себя
И спряталась в библиотеке,
Над идеалами скорбя.

Пол жизни я искала что-то,
Блуждая, как в потемках крот,
Меж героизмом Дон Кихота
И пыльным томом "Идиот".

Я столько копий поломала,
Безвинным мельницам грозя.
Как жаль, что я не понимала,
Что людям без муки нельзя.

Мечта любого идиота -
Жить (в идеале) без людей.
Я ненавижу Дон Кихота!
Особенно - в самой себе....

(с)Любовь Захарченко

Не спасет литература мировая
От ошибок по судьбе и при ходьбе.
Спотыкаемся мы, двери открывая,
Набивая шишки свежие себе.

Я старалась полюбить Камю и Кафку.
Я ходила по карнизам и врачам.
Но реальность в мою жизнь внесла поправку -
Я читаю детективы по ночам.

Не воюю. Не лечусь. Не изнываю.
Не гоняюсь за чертями поутру.
Я о Кафке никогда не забываю,
А поэтому и в руки не беру

(c) Любовь Захарченко

За нашим окном, которое находится на четвертом этаже колышется на ветру ольха. Когда мы переселились в эту квартиру, то она была маленькая и больная. Сейчас, за девять лет, она оправилась, выросла и выглядит великолепно. В настоящий момент на нее особенно трогательно смотреть. Наша бырышня стоит полностью обнаженная и с одними пушистыми сережками на ветках. Она ждет синиц, которые прилетают к ней, когда начинаются заморозки и в лесу нечего есть. Рядом с нами Измайловский парк. Видимо, оттуда и прилетают к нашей красавице пугливые синички. Прилетит такая, сядет, увидит меня в окне за компьпьютером и улетает сразу же. Опустишь жалюзи и они прилетают целой стайкой. Нельзя не признать, что наша ольха сейчас выглядит очень эротично. Голая и в одних сережках. Очаровательное создание. Она качается на сильном ветру и ждет свидания. Ну где же эти трусливые кавалеры?! Надо будет поставить им зимой кормушку на балконе, чтобы влюбленные виделись чаще;)


( В прошлом году я почти день в день написала: )

Преданья старины глубокой:

Поэтам "Заозерной школы": Александру Брунько, Владимиру Ершову, Юрию Лоресу, Игорю Бондаревскому, Геннадию Жукову, Виталию Калашникову, Анвару Исмагилову, Алексею Евтушенко, Анне Бражкиной, Инне Китасовой, где бы они в данный момент не находились: в Танаисе, в Ростове-на-Дону, в Тюмени, в Москве, в Эквадоре или где либо еще...

Поэт нашего времени

Здравствуй, друг, мой безумный собрат.
Чем ты жив в эти дни канительные?
Где ты бродишь, как поздний Сократ,
Задавая вопросы смертельные?

Здесь не слишком изысканный вкус -
Без Цикуты расправятся. Попросту.
(Пусть расскажет любезный Ян Гус
Тебе байку про бабушку с хворостом).

Но гордыня с твоею судьбой
Никогда не придет к соглашению -
Даже в рай ты пойдешь, дорогой,
По особому лишь приглашению.

Прочат нас на костер иль в Сенат,
Сапожками ль дарят итальянскими,
Мы ж, в пределах родимых пенат,
Все гарцуем конями троянскими.

Наши барышни до седины
Все изящными бредят искусствами.
Жаль носители еле видны
Меж столами с вином и закусками.

Под огурчик! На злобу души!
А душа здесь страдает и злобится.
Если ты скоморох, так пляши!
Ведь тебе выбирать не приходится.

Ты не можешь без этих людей,
Но, к глубокому их огорчению,
Всяк наш брат лошадей и блядей
Редко пользовал по назначению.

Все жалел, все учил понимать,
Побежденных жалеть победителей...
Лез им в душу! Уж лучше в кровать!
Уводил их детей от родителей.

Ты, конечно, по-прежнему пьешь...
Постарайся допиться до белочки,
Чтоб не слышать, когда ты поешь,
Как грохочут ножи о тарелочки!

Сколь границы души не стирай -
Не сольешься с назначенной местностью.
И когда-нибудь ад или рай
Поразятся твоей неуместностью.

Любовь Захарченко июль 1996 года. Судак

И ностальгические сны:

Песни

Мой голос

Прослушать

Хлеб насущный

Прослушать

Ветер

Прослушать

Две ложки сахара

Прослушать

Харон

Прослушать

Свобода слова

Свобода слова раздражающе свободна,
А несвобода угрожающе близка.
И мы вольны ввести куда угодно
Свои уже взведенные войска.

Куда вводить? Они и так повсюду...
Хранят неблагодарный свой народ.
На страх и смех растерянному люду
Куда шагать? Назад или вперед?

Вперед нельзя - вокруг чужие страны.
Назад нельзя - назад нас не свернуть.
Мы топчемся на месте, как бараны.
Какой козел укажет верный путь?

Зачем баранам ужасы свободы?
Зачем пугать их видом боевым?
Их тешат только радости погоды,
Да травка под копытом родовым.

Разводят их за шелковистость шерсти.
Их жизнь должна быть мирна и тиха.
Какой привес, когда плохие вести?!
Свобода слова раздражает пастуха.

Войска стоят. Противника не видно.
Пастух грустит и смотрит на козлов.
Баран барану - волк, как ни обидно..
Свобода слова, брат. Не надо слов.

(С)Любовь Захарченко октябрь 2002г.

Я гляжу на небо из библиотеки.
Разговариваю с теми, кто ушел:
"С добрым утром! В двадцать первом веке
Светит солнышко и дождичек прошел.
Здесь по прежнему - зима, весна и лето...
Здесь по прежнему сей миг неуловим...
Наконец-то я умею видеть это
Из окна библиотеки и любви...

февраль 2003 года

P.S. Осень в стихотворение испуганно не поместилась.
Так уж вышло, что она в нем только подразумевается.

Как тело изнывало
По страсти и греху...
Как сердце тосковало
По белому стиху...

Как юность прокатилась
Через меня волной...
Как я с ней распростилась
С печалью неземной...

Как села я на рифы
Вселенской суеты...
Как погрузилась в рифмы
И детские мечты...

Как я не утонула
И не сошла с ума...
Как я себе вернула
Все, что взяла сама...

Судьба меня хранила
До нынешнего дня
И все, что было мило
Осталось у меня:

И дикая повадка,
И нежная рука,
И белая тетрадка,
И черная строка...

Уж много, много лет прошло с тех пор, как я заимела себе довольно-таки приземленную мечту - мечту о даче с садом, цветником, маленьким огородиком и гостевыми комнатами над рекой:))) Ну мало ли какие мечты посещают наши головы? Не все же из них (даже те, которые приземленные) сбываются запросто так? Надо долго ждать и трудиться. Вот я и жду:))) С трудиться пока не совсем получается. После смерти мамы выпала почти на год из времени и пространства. Кстати, с другими мечтами ( материальными и не материальными) как-то легче получалось. Сбывались по мере поступления:) Иногда не вовремя, но разве даренной мечте в зубы смотрят?:))) Роптать вообще грех, а мне по данному поводу,так особенно. Почти все, что я когда либо хотела получалось и сбывалось. Так что надо не роптать, а стараться... Особенно тяжело это получается во времена великих депрессий:) Но ведь и они когда-то проходят... Вот нашла довольно-таки настроенческий стих про мечту о даче и покое...

Зачем просить у неба
Печали неземной?
Прошу любви и хлеба
И мира за стеной.

Зачем искать признанья
И пульс свой учащать?
Зачем беречь желанья
И чувства упрощать?!

Зачем всю жизнь бояться,
Что туп родной народ,
Что будет он смеяться
Или... наоборот?!

Не лучше ли к народу
С советами не лезть?
Отдаться огороду...
Морковку с грядки есть.

Молиться о покое,
О счастье над листом,
А что это такое
Узнать потом,потом...

Любовь Захарченко февраль 2003 года

P.S. А как у Вас со сбычей мечт получается?

Вот интересная штука. Иногда доживаешь до собственных стихов далеко не сразу. А у меня так вообще это происходит очень часто. Стихи идут впереди и я не всегда за нимми поспеваю. Иногда не могу,а иногда не хочу. Вот за этим стихотворением не хотела поспеть пока не изменила в нем одно слово, которое мне мешало несколько лет. Однако изменить его смогда только тогда, когда сама собой достигла этого измененного состояния. И уже не важно какое слово и почему сейчас. Главное, стихотворение уже не впереди, а позади. Уже взлетела и запела, а не "чтоб я взлетела" и " и вновь запела".


Вы наблюдали за мной в лорнет.
Вы горя ждали, а горя нет.
Не будет горя - одна любовь.
Все ближе море, все чище кровь.

Кому известно, как я жила?
Как было тесно мне у стола
Локтём касаться чужих оков.
Пора спасаться от пустяков.

Я увернулась. Гуляй толпа!
Родная дурость, как скорлупа,
Сошла навеки с ядра души.
Сомкнулись реки. Пора спешить.

Нырну под небо. Шагну в волну.
Мне музы Феба меня вернут.
Чем выше волны, тем слаще сны,
Тем глуше стоны из глубины.

Мне море, пенясь, ровняет брег.
О, птица Феникс, каков разбег!
Чтоб я взлетела сквозь мрак утрат
И вновь запела, что всяк мне брат...

Любовь Захарченко 2003 год

Оживаю, оживаю, а вчера была мертва.
Надо мною прорастает незнакомая трава,
Солнце жжет и небо плачет, кошка лезет на забор...
И, должно быть, много значит этот тихий разговор.

Пели песни, спали тесно, а над нами - в две строки -
Облака летели вместе - друг от друга далеки.
Растворялись в одиночку. Бестелесны и легки.
Строчка к строчке, строчка к строчке, уходя из под руки...

Пели песни, спали тесно под холодною луной.
Звезды падали отвесно, угасая по одной,
Оставляя нам в наследство эти брызги над рекой,
Это зыбкое соседство и растительный покой...

Остываю, остываю, как вечерняя трава.
Убываю, убываю, как осенняя листва.
А к апрелю или маю закружится голова...
Ничего не понимаю. Только этим и жива.

июнь 1991